Николай Бондаренко - В воздухе - испытатели

В 1950 году вместе с летчиком-испытателем майором Александром Павловичем Супруном и Пикуленко Терентьев участвует в полетах по расширению боевых возможностей истребителя МиГ-15.

А потом у Андрея Григорьевича были испытания на штопор на реактивных самолетах со стреловидным крылом. После этих испытаний он обучает штопору летчиков строевых частей. А в январе и феврале 1951 года Терентьев проводит полеты на проверку обледенения МиГ-15.

Все это огромный по напряжению и риску труд.

Однажды на облете опытного двухместного двухдвигательного истребителя-перехватчика Ла-200 Андрей Григорьевич вместе с летчиком-испытателем майором Виктором Петровичем Трофимовым попали в опасное положение.

После выполнения переворота через крыло с высоты восемь тысяч метров самолет на выводе потерял управление из-за отказа бустерного управления и вошел в крутую спираль с энергичным увеличением скорости, превысив все допустимые ограничения. Огромными усилиями летчикам удалось прекратить увеличение крена, а затем, выпустив воздушные тормоза, уменьшить скорость и вывести самолет из катастрофического положения.

До земли было совсем недалеко - девять секунд полета.

Потом у Терентьева начались испытания Як-50 - первого советского реактивного самолета-истребителя с "велосипедным шасси".

В одном из полетов на высоте 14 000 метров у истребителя внезапно разгерметизировалась кабина. Терентьев тут же начал быстро снижаться.

После заруливания самолета на стоянку он остался на своем месте, сказав ведущему инженеру: "Осмотрите систему герметизации!" И только после обнаружения неисправности вышел из кабины.

Ну, а эти самые "велосипедные шасси" доставили Терентьеву тоже немало хлопот.

Хорошо, когда в летчике-испытателе сочетаются знания инженера, летное мастерство и смелость. У Андрея Григорьевича всего этого было в достатке. Обладая этими качествами, он был к тому же еще и хорошим диагностиком. А как важно летчику-испытателю вовремя обнаружить недостаток, подсказать конструктору, что и как "лечить".

В 1953 году на груди Терентьева засверкал третий орден Красного Знамени.

А в феврале 1957 года он был награжден этим орденом в четвертый раз.

В ноябре 1959 года "За многолетнюю творческую работу в области испытаний и исследований новой авиационной техники" Указом Президиума Верховного Совета СССР инженер-полковнику Терентьеву было присвоено высокое звание "Заслуженный летчик-испытатель СССР".

Когда у нас проводились испытания вертолетов и десантно-транспортных самолетов, Терентьев принимал и в них самое деятельное участие. Вскоре он стал генерал-майором ИТС, начальником большого коллектива испытателей. Но все равно продолжал летать.

Андрей Григорьевич Терентьев был одним из лучших летчиков-испытателей. Ему подчинились 120 типов самолетов и вертолетов.

Помню, в октябре 1948 года я на УТБ буксировал для стрельбы летчиков-истребителей конус. Стреляли Антипов, Кувшинов, Прошаков, Дзюба, Пикуленко, Супрун, Ямщикова, Трофимов, Тимофеенко и Терентьев... Это были наши истинные асы-истребители.

Я и раньше, еще в боевом полку, часто летал на Пе-2, буксируя конуса в зоне стрельб. Нравилось мне это дело. Но здесь в буксировке были одни неудобства: только взлетишь с новеньким конусом, а постреляют два-три летчика, и от него остаются треплющиеся потоком воздуха лоскуты - лети домой и подвешивай другой.

Особенно запомнилась стрельба Андрея Григорьевича Терентьева. Взлетел я как-то с конусом, подошел к зоне стрельб. Выполняю разворот, чтобы стать на курс стрельбы, и вижу: к моему самолету энергично подходит "як", пилотируемый Терентьевым. А после разворота смотрю, он почему-то уходит к своему аэродрому.

- Воскресенский! - спрашиваю штурмана. - А что это Терентьев не стрелял? Пулеметы, наверное, отказали?...

- Стрелял! С первой же атаки разбил в пух и прах наш конус! Веди самолет к дому. Делать нам тут уже нечего.

Да, Андрей Григорьевич Терентьев - отличный летчик-испытатель. И как летчик, и как инженер он внес значительный вклад в развитие советской авиации.

14 часов 50 минут без права на посадку

Иван Павлович Пискунов - замечательный высококвалифицированный летчик-испытатель. Закончив в 1932 году Качинскую авиашколу имени Мясникова, он был оставлен работать инструктором при школе и в течение четырех лет обучал курсантов полетам на истребителях.

К испытателям Иван Павлович прибыл в 1936 году.

До войны он летал на всех отечественных самолетах-истребителях, а также на немецком "Мессершмитте-110", и на чехословацком фигурно-пилотажном "Авио". Но у испытателей ему почему-то Полюбились самолеты другого назначения - бомбардировщики. И он стал их испытывать.

Вел испытания на СБ, ББ-22, Як-4, облетывал Пе-2 и двухмоторный штурмовик "Пегас". Когда на СБ И ДБ-3 отрабатывался новый метод бомбометания - с пикирования, Пискунов как летчик принимал в этих испытаниях также активное участие.

В самом начале войны с фашистами из наших летчиков-испытателей и летчиков-испытателей Наркомата авиационной промышленности было сформировано шесть полков - два истребительных, два ближнебомбардировочных, штурмовой и дальнебомбардировочный. Ими соответственно стали командовать: С. П. Супрун, П. М. Стефановский, А. И. Кабанов, В. И. Жданов, Н. И. Малышев и В. И. Лебедев.

Капитан Пискунов был назначен командиром эскадрильи в полк полковника Александра Ивановича Кабанова, вооруженного самолетами Пе-2.

Началась для Пискунова и его товарищей боевая жизнь.

Летчики-испытатели летали на штурмовку, бомбометание и разведку. Летали очень много. Некоторые из них в эти первые месяцы войны отдали свои жизни за то, чтобы остановить на Западном фронте продвижение фашистских войск в глубь нашей страны.

Расскажу об одном боевом вылете экипажа Пискунова, в который входили штурман Семен Кириченко и стрелок-радист Николай Ишков.

29 июля 1941 года.

В полк Кабанова, базирующийся на аэродроме Ржев, поступил приказ командующего ВВС Западного фронта генерала Мичугина выделить группу самолетов Пе-2 для бомбометания по немецким эшелонам на станции Рудня, с последующей разведкой передвижения фашистских войск по железной и шоссейной дорогам на участке Рудня - Витебск.

Погода была плохой: низкие облака, гроза, дождь, малая видимость. Но приказ есть приказ.

Александр Иванович Кабанов вызвал на КП Пискунова и Кириченко. Поставив им задачу, он спросил:

- Кого вы предлагаете взять из своей эскадрильи на боевое задание?

- Субботина, Доброславского, Соколова, - сказал Пискунов. - Это отличные летчики.

- Хорошо. Готовьтесь к вылету.